Драматическая формаОднако третьим и главным уровнем знания «драматической формы», найденной Блоком, явилось динамичное раскрытие внутренней жизни «отдельной души» — ее способа переживания как биографических, так и «извечных» противоречий. Эти противоречия достигли в нашем веке особой остроты и драматической неразрешимости — не только во внешних ситуациях, но особенно в душевных глубинах личности. Блок подвергает драматическому анализу «сложность современной души, богатой впечатлениями истории и действительности, расслабленной сомнениями и противоречиями, страдающей долго и томительно, когда она страдает, пляшущей, фиглярствующей и кощунствующей, когда она радуется…».

Традиционный сюжет при этом осложняется темами и мотивами, которые никак не могли бы возникнуть в commedia deU’arte даже при самой смелой импровизации. Например, образы Мистиков и Автора, вьюжных петербургских улиц и странного братства Пьеро и Арлекина целиком принадлежат современности. Это тот слой значений, который только и был понят ближайшим символистским окружением Блока. Но ни Андрей Белый, ни С. Соловьев не поняли, что Мистики — это не только ирония, но и самоирония: они представляют одну из сторон духовной жизни лирического героя. И Арлекин — не только «брат» Пьеро, «неразлучный на много дней», но и его двойник — персонификация стихийных страстей «отдельной души».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: