Интерес поэтов-символистовИнтерес поэтов-символистов к музыке стиха имел, в сущности, те же истоки, что и интерес музыкантов к слову. Усложненность текстов новой поэзии — разнообразие ритмики, свободная строфика, аллитеративная звукопись — давала композиторам возможность применять в музыке на стихи своих современников новые приемы письма. Появляется новый термин, часто замещающий понятие «романс»: стихотворение с музыкой. Влияние эстетики символизма на музыкантов простирается достаточно далеко: например, весьма «традиционный» Рахманинов пишет симфоническую поэму «Остров мертвых» по картине художника-символиста А. Бёклина, а в 1913 году «Колокола» — вокально-симфоническую поэму на известный текст «отца символистов» Эдгара По в переводе Константина Бальмонта.

Скрябин в музыке, Чюрлёнис в музыке и живописи с большей интенсивностью воплощают свойственные русскому искусству начала XX века мотивы космизма, проявлявшие себя и в поэзии и в живописи. В то же время, как в литературе и живописи, музыка этого периода все более индивидуализируется, отражает субъективность самого музыканта более открыто, чем музыка недавнего прошлого. Индивидуальность музыканта-творца, его чувства становятся самим содержанием и темой музыкальных про-изведений, в частности произведений малых фортепианных форм. В связи с этим можно, по-видимо — му, считать, что в период Серебряного века русская музыка своеобразно сочетала в себе черты французского музыкального импрессионизма с чертами, характерными именно для духа русского символизма и модернизма, — как во всем искусстве, литературе и философии этого времени. Таким образом, космизм, с одной стороны, и субъективная эмоциональность, с другой, очерчивают диапазон содержательности музыки начала века с разнообразным спектром отдельных тем, направлений и тенденций внутри этого диапазона.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: