Историческая перспективаНа современников «Весна священная» произвела революционизирующий и, в силу всеподавляющей экспрессии и мощи, достаточно агрессизный эффект, так что первые представления балета были скандальными, когда одна часть публики выражала возмущение, а другая — восторги. В исторической перспективе музыка «Весны священной» — одно из значительнейших явлений русского и западного авангарда начала века в целом и стоит в том же ряду, что и живопись Кандинского и Пикассо, проза Джойса и Пруста или поэзия Хлебникова. «Весна священная» возвращает музыке ее первозданность и, как бы снимая с нее наслоения веков — школ, канонов, систем и правил, — воссоздает ее из чистых, первоначальных элементов — единичного звука, ритмического удара, тембровой краски. Начало «Весны священной» — подлинный архаичный литовский народный наигрыш. Из этого зерна естественным образом вырастают звуковые образы язычества, в котором ритуал и обряд существуют вместе с ритмом и внутри него. Тема музыки «Весны» — реконструкция простейших и необычайно сильных эмоций, связанных с обрядом человеческого жертвоприношения богу Солнца и празднества в честь него. Так как в русской и славянской песенности оставались заметны ее языческие ритуальные истоки, то лаконичные «знаки» — краткие, из нескольких звуковысотных сочетаний мотивы этой песенности — послужили отличным средством для «оживления» звуковой архаики, с однрй стороны, и тем первичным строительным материалом, «модулями», «блоками», из которых и воздвиглись необычные по фактуре и конструкции формы музыки, — с другой.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: