Литературная критикаЛитературная критика противопоставляет обычно Маяковскому и Хлебникову, «великим» представителям русского «будетлян — ства», Алексея Крученых, «экстремиста» зауми, фанатика суверенного слова, оторванного от всякого смысла и сведенного к звуковой игре, будетлянина, который не смог бы эволюционировать в пределах своей собственной школы и навсегда бы застыл на самых непримиримых позициях 1913 года. Тем не менее было что-то возвышенное в этой верности принципам военного будетлянства, и-Борис Пастернак, как и Осип Мандельштам, справедливо отмечал героический и аскетический характер последовательного и абсолютного иконоборчества этого основателя поэтической группы «заумников» под названием «4 1°». На самом деле логическое следование принципам, изложенным в декларациях, манифестах, статьях 1913 года, — «Слово как таковое», «Новые пути слова» — отнюдь не замыкает Крученых в области самоценного экспериментирования, а сближает его с попытками Хлебникова освободить поэтическое слово от любого заземления практикой и способствует тому переносу гравитационного центра поэзии в сторону чистого звучания, в котором Юрий Тынянов видел отличительную черту поэтической системы Хлебникова. То, что критики того времени и даже современные поэты расценивали как явную бессмыслицу, было лишь естественным и свободным выражением полного презрения к традиционному построению стиха, подчиненного жестко сковывающим условным формам. Отныне поэтический смысл исходил из самой звуковой образности слов, а разрушение традиционной иерархии структур проявлялось в том, что фонетический аспект языка стал ведущим фактором поэтической системы. «Заумь» Крученых высветляет в лучах резкого света «материальную», вокальную грань стиха. Отсюда и такие хорошо известные приемы, как варваризмы, примитивизмы, шероховатость языкового строя, который так скандализировал публику той эпохи, привыкшую к слащавому благозвучию символистов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: