Литературные достоинстваМихайловский не был невосприимчив к литературным достоинствам молодого Чехова. Как раз именно потому, что чувствовал и признавал в нем огромную поэтическую «силу», его особенно раздражал отрыв писателя от столбовой дороги русской литературы, которую Михайловский видел в верности «общей идее», этическому идеалу.

«Г. Чехов большой талант. Это факт общепризнанный. Но почитатели г. Чехова резко разделяются на две группы. Одни возводят своеобразную манеру его писания в принцип. В том безразличии и безучастии, с которым г. Чехов направляет свой превосходный художественный аппарат на ласточку и самоубийцу, на муху и слона, на слезы и воду, на красные и всякие другие цветки, они видят новое откровение, которое величают «реабилитацией действительности» и «пантеизмом». Все в природе равноценно, говорят они, все одинаково достойно художественного воспроизведения, все может дать одинаковое художественное наслаждение, а сортировку сюжетов с точки зрения каких бы то ни было принципов надо бросить, что и делает г. Чехов. Другие, напротив, скорбят об этой неразборчивой растрате большого таланта. Я принадлежу к числу этих последних. Высоко ценя большой талант г. Чехова, я думаю, что, если бы он расстался со своим безразличием и безучастием, русская литература имела бы в его лице не только большой талант, а и большого писателя».

Короче говоря, «недостатками», мешавшими Чехову стать «большим писателем», подобно Льву Толстому или Глебу Успенскому, были, с одной стороны, «случайность» в выборе сюжетов и в иерархии деталей и отсутствие «общей идеи», объединяющей в четкое и последовательное целое чутко уловленные детали, в силу чего творчество Чехова, по мнению критика-народника, «с силой действует на нервы читателя, но, не складываясь в определенные мысли и чувства, не дает художественного удовлетворения».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: