Метаисторическая концепция судьбы РоссииПервый вариант романа, в дальнейшем подвергавшегося переработке, опубликован в трех выпусках «Сирина» . Роман предъявляет к читателю почти непомерные требования. Подобно поэме Блока, он представляется гениальной неудачей. Метаисторическая концепция судьбы России — страны, где западная культура и цивилизация, внутренне опустошенная, первая падет под напором «желтой» монгольской или даже «семито-монгольской» стихии, — разработана художественно неадекватными средствами сугубо субъективной прозы, отчасти напоминающей прозу Джойса. В жизни самого Белого год 1913-й отмечен увлечением антропософией: Белый в Германии и шлет оттуда многостраничные бессвязные письма о докторе Штейнере. Все это сочетается с видениями страшного будущего, с профетическим восторгом: «Культура — трухлявая голова, в ней все умерло, ничего не осталось. Будет взрыв; все сме — тется…»

Третий столп символизма Вячеслав Иванов, еще недавно провозглашенный королем поэтов, хозяин «Башни» — квартиры на шестом этаже дома напротив Таврического сада, где собиралась умственная и художественная элита Петербурга, — отступает в тень. «Среды» на «Башне» прекратились в 1912 году; вскоре Вячеслав Иванов отбыл за границу. Вместе с закатом символизма заканчивается самая блестящая пора его литературной деятельности, и, хотя впереди еще долгая жизнь, революция, эмиграция, католичество и Рим, после книг «Cor ardens» и «Нежная тайна» муза Вячеслава Иванова уже не создает ничего равного прежним своим достижениям.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: