Неосознанная полемикаВ пьесе есть тонкая, возможно, даже неосознанная полемика с Горьким: попытка реабилитации «маленького человека» со всей мещанской ограниченностью его стремлений и идеалов. Андреев показывает суетность и бесплодность этих идеалов, но не свысока, не в пылу праведного обличительства, а с сердечным сожалением. Привязанности и пристрастия его героя — черты наиболее распространенные и исторически устойчивые: в этом смысле они «общечеловечны». Именно эта полемическая тенденция, а вовсе не шумные богоборческие декларации, не демонстрация «непокорности» или «бупта» Человека против судьбы, дала Л. Леонидову и В. Барановской возможность создать луч-шие образы спектакля, обеспечившие «Жизни Человека» зрительский успех и признание критики.

Вторая пьеса Леонида Андреева в МХТ, поставленная Немировичем-Данченко два года спустя, вызвала аналогичные разногласия между театром и драматургом, несмотря на то что автор сделал существенные шаги навстречу театральным требованиям. «Земные» персонажи в «Анатэме» наделены не только именами собственными, но и индивидуальными чертами, достаточно красочными и разнообразными, хотя и не выходящими за рамки так называемой «характерности». Даже заглавный герой, сам Анатэма, дает актеру более конфликтный и динамичный материал, чем «Некто в сером» из «Жизни Человека» — фигура совершенно неподвижная, даже не символ, а простая аллегория враждебной человеку силы. Однако, как и во всех «стилизованных драмах» Андреева, в «Анатэме» почти нет действия в драматургическом смысле слова. Единственным действующим лицом, как и в «Царе-Голоде», является здесь аллегорический заглавный герой. Он манипулирует душами и поступками «земных» персонажей, так что весь ход событий — судьбы отдельных людей и судьбы человеческой толпы — лишь результат экспериментов сатаны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: