Организованные мелосыЭтот круг идей лейтмотивом проходит сквозь многие произведения Иванова, его лирику, эссеистику и драматургию, но наиболее полно воплощается в мелопее «Человек». Мелопея — шедевр архитектонической виртуозности: состоящая из четырех частей и эпилога в эпических октавах, она представляет собой сочетания одически организованных мелосов и антимелосов с венком сонетов «Два Града», главная мысль которого опять же восходит к Августину. Четвертая часть мелопеи озаглавлена «Человек Един». Эта концепция, названная им «монантропизмом» и провозглашающая необходимость единения человека в Боге, мире и себе самом, при котором «все — одно свободное согласие, ибо все — одно Слово», станет основой позднейших размышлений Вяч. Иванова о сущности подлинного религиозного гуманизма.

Большевистскую революцию Иванов не принял, как ее приняли в той или иной мере Блок, Брюсов и Белый. Коммунизм, «социальное выражение атеизма», отвергался им по причинам чисто духовным. При всей своей приверженности культуре западной, патриот и по-своему даже славянофил, он не посчитал, однако, необходимым немедленное удаление в эмиграцию. Как известно, в первые годы после установления советской власти еще сохранялась некоторая свобода культурно-просветительской деятельности. Иванов участвует в открытых диспутах, с успехом полемизирует с Луначарским в защиту религии. Кружки молодых поэтов, собиравшиеся в нетопленых квартирах, изучают под его руководством законы поэтики и метрики. Как и все граждане, призванные к государственной работе, с 191 8 года он участвует в деятельности Театрального отдела Наркомпроса. Вместе с Блоком и Белым он издает журнал «Записки мечтателей», и произведения его еще некоторое время продолжают публиковаться: так, в 19 1 8 году издаются уже упоминавшаяся трагедия «Прометей» и автобиографическая поэма «Младенчество», идиллической своей строгостью противостоящая блоковскому «Возмездию». Однако в отношении быта эти годы были очень тяжелыми для семьи Ивановых: оставаясь в Москве, она страдала от голода, холода и разрухи. Зимой 1919 года жена и сын поэта некоторое время провели в санатории в Серебряном Бору, куда он приезжал с ними повидаться. Внутренние и внешние обстоятельства этих недель нашли отражение в знаменитых «Зимних сонетах», о которых даже А. Ахматова, в принципе отвергавшая поэтику Вяч. Иванова, заметила: «…он мог в 1919 году, когда мы все молчали, претворить свои чувства в искусство, вот это что-то значит».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: