Рассудочная поэзияС Минским мы переходим из сферы непосредственного лиризма в сферу рассудочной поэзии, возводящей себе сложное метафизическое основание. После первого, некрасовско-надсоновско — го периода, который в свою очередь распадается на две фазы: первую, отмеченную духом революционной борьбы, и вторую, окрашенную усталостью, сомнениями и резиньяцией, Минский убеждается в тщетности прежних идеалов и, как он пишет в своей книге «При свете совести. Мысли и мечты о цели жизни», напечатанной в 1890 году, признает, что «ценою гибели целого поколения история доказала нам, что любовь к людям не есть еще святыня и что для того, чтобы эта любовь была плодотворной, нужно любить нечто выше себя и людей». И, как Волынский, он утверждает, что не только «нет никакого противоречия между метафизикой и практическим идеализмом», то есть освободительной деятельностью старого «народничества», но, «наоборот, существует глубокое противоречие между боязнью философии и народолюбием». Это начало метафизиче — з*ских и религиозных поисков Минского, хотя он и не вполне отказывается от прежнего «революционного идеала», так что во время революции 1905 года он вновь возникнет на извилистом пути Минского, правда, весьма неудачно. Метафизические поиски Минского в свое время совершенно справедливо вызывали недоумение философов, которые расценивали их как поэтическую абракадабру и всерьез не воспринимали. Его философию мэонизма нужно рассматривать как выражение разлада и противоречивости, характеризовавших настроения всего поколения и поэтому превращающих Минского, говоря еще раз словами Мережковского, в «мученика мысли», над непосредственным чувством которого господствует, часто с подавляющей силой, «разрушительная, безнадежная и все-таки вдохновенная диалектика». Если из надуманных метафизических построений Минского можно извлечь смысл, связанный с его поэзией, то он заключается в сознании предела для каждого состояния и приобретения человека и запредельности, небытия, к которому человек стремится, вечно неудовлетворенный конечностью и определенностью. Бытае стремится к небытию, рвется преодолеть само себя, и смысл бытия заключается в этом томлении по инобытию.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: