Развитие русской критикиВторая фаза развития русской критики связана с именем Добролюбова, который превращает писателя в подобие «бессознательного мудреца», способного вобрать в свои образы жизненную действительность, а иногда самую ее глубинную суть. Согласно этому пониманию, критик, комментируя литературное произведение, «вносит в него недостающее, исправляет неправильно сказанное, осуждает и отбрасывает ложное, и все это — на основании сравнения его содержания с живой текущей действительностью, как ее понимает критик».

Все это, с одной стороны, означает, что непомерно увеличивается социально-политическое значение литературы, а с другой, что литература подчиняется требованиям действительности, согласно господствующим утилитарно-прогрессистским идеям. Результатом было то, что русская литература раздвоилась на все более низкопробную публицистическую критику и подчиненную ей тенденциозную литературу и на великую свободную литературу, независимую от критики и часто находящуюся в прямой оппозиции претензиям на гегемонию радикальных «теоретиков» : «…все действительно великие дарования этого последнего цикла нашей литературы, видя, что критика говорит что-то, хотя и по поводу их, однако как бы к ним совсем не относящееся, отделились от нее, перестали принимать ее указания в какое-либо соображение».

«Третья фаза» развития русской критики представляет как раз результат такого отделения свободной литературы от «идейной» критики. Представленная Аполлоном Григорьевым и его продолжателем Страховым, главное достоинство которых — в «раскрытии существенных и своеобразных черт в каждом литературном произведении» и в «определении его исторического положения», то есть его «органической связи с предыдущим и отношения к последующему», она не могла иметь того же веса, что и радикальная критика, как из-за политической ситуации в русском обществе, так и потому, что «обилие мысли и богатство собственных, уже пережитых, настроений» Григорьева если и обостряли духовный взгляд критика, все же не могли найти отклика из-за «несерьезности широких масс нашего читающего общества», подверженного другим тенденциям.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: