Сценическая роль музыкиЕсли отвлечься от сценической роли музыки, то она предстает как четырехчастная программная симфония, в которой традиционные части соответствуют четырем картинам балета: «Народные гуляния на масленой», «У Петрушки», «У Арапа», «Народные гуляния на масленой под вечер».

Александр Бенуа дал «Петрушке» определение «балет-улица». Этим определением можно воспользоваться и для характеристики музыки: это «музыка-улица». Уличный гомон, калейдоскопические смены ритмов, тембров, спадов и нарастаний звучности — вся эта «событийность» внутри звукового действия воспринимается не как

«искусство музыки», не как «музыкальная форма», а как прямая фиксация реальной звуковой жизни, так как форма ясная и четкая. Это новое по своей сущности воздействие музыки можно, по аналогии с практикой кино, назвать монтажом музыкальных «кадров». Эти «кадры», в которых краткие эпизоды быстро переходят один в другой и полифонически, полиритмично и политонально, накладываются друг на друга, звучат так, что музыкальные время, движение, структура воспринимаются как время, движение и структура реальные, соотнесенные с течением событий жизни, а не с условным музыкальным языком. Трудно утверждать, какие именно внешние впечатления и наблюдения, связанные с урбанистическим миром начавшегося века или его искусством, повлияли на композитора. Возможно, тому причиной характер его дарования, а не нечто внешнее, во всяком случае, «Петрушка» явился заметным шагом в раскрепощении музыки от привычных форм ее восприятия.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: