Творческий тупикЕще три года вялого, по преимуществу гастрольного существования театра завели Комиссаржевскую в безвыходный творческий тупик. Она решила покинуть сцену, ликвидировать театр и заняться театральной педагогикой, понятой как воспитание того уровня духовности, который необходим театру будущего. Но жить без сценического искусства она, по-видимому, не могла. Глубокая душевная депрессия сделала ее беззащитной перед любой опасностью; возможно, именно поэтому она и умерла, заразившись черной оспой в последней гастрольной поездке в Ташкент.

Вся театральная карьера Мейерхольда развертывалась по законам парадокса. Катастрофическая на первый взгляд неудача его сотрудничества с В. Ф. Комиссаржевской обернулась новым продвижением по лестнице успеха. Как раз скандальная известность, завоеванная Мейерхольдом за первый год столичной деятельности, открыла ему дорогу на казенную сцену. «Сильное против него озлобление убедило меня в том, что в нем должно быть что-нибудь интересное», — записал в своем дневнике директор императорских театров В. Теляковский. Он пригласил Мейерхольда работать с нового сезона в Александрийском и Мариинском театрах: одновременно на драматической и оперной сценах. Впервые в своей жизни он удержался на одном месте целое десятилетие. Оно стало третьим этапом в становлении творческой самостоятельности Мейерхольда-режиссера и привело к окончательному разрыву с навыками и убеждениями, вынесенными из школы МХТ. Еще в 1907 году он считал, например, что «новый театр вырастает из литературы. В ломке драматических форм всегда брала на себя инициативу литература». Теперь он приходит к убеждению, что, наоборот, драматургия только тогда и хороша, когда создается людьми театра и внутри театра, а потому умеет подчинить себя стилю и зрелищным задачам театральной эпохи.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: