Внутренняя жизньК 1890 году, то есть к моменту его первых записей в своем дневнике, внутренняя жизнь Андреева текла беспорядочно. С одной стороны, ему хотелось верить во власть интеллекта, способного разрешить загадки жизни и создать критерии существования, нб, с другой стороны, он чувствовал себя во власти иррациональных порывов и страстей. С максимализмом, достойным такого прототипа, как Иван Карамазов, он загнал самого себя в логический тупик. Результатом явились разочарование и ожесточение. В состоянии, которое он позднее осознал как пророческое прозрение, Андреев записал 1 августа 1891 года в своем дневнике, что хочется стать знаменитым и «написать такую вещь, которая собрала бы воедино и оформила те неясные стремления, те полуосознанные мысли и чувства, которые составляют удел настоящего поколения… Я хочу показать, что на свете нет истины, нет счастья, основанного на истине, нет свободы, нет равенства, — нет и не будет… Я хочу показать всю несостоятельность тех фикций, которыми человечество до сих пор поддерживало себя: Бог, нравственность, загробная жизнь, бессмертие души, общечеловеческое счастье и т. д. … Я хочу быть апостолом самоуничтожения. Я хочу в своей книге подействовать на разум, на чувства, на нервы человека, на всю его животную природу. Я хотел бы, чтоб человек бледнел от ужаса, читая мою книгу, чтоб она действовала на него, как дурман, как страшный сон, чтоб она сводила людей с ума, чтоб они проклинали, ненавидели меня, но все-таки читали ее и… и убивали себя. Мне хочется потешиться над человечеством, хочется вволю посмеяться над его глупостью, эгоизмом, над его легковерием».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: